WWW.METODICHKA.X-PDF.RU
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Методические указания, пособия
 


Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |   ...   | 24 |

«Это единственная выложенная в Сеть мною самим электронная копия моего учебника «Как стать знаменитым журналистом». Все иные сетевые копии этой книги выложены без моего разрешения и ...»

-- [ Страница 13 ] --

Акт терроризма против США — тоже ничего нового.

Теракт против Всемирного торгового центра в Нью-Йорке — но и это уже было.

Теракт против американских военных (падение самолета на Пентагон) — тоже не исключительный случай.

Новизна события в следующем:

• масштабы теракта и число жертв;

• его сложность и, что в этой связи наиболее удивительно, успешность;

• его символическая продуманность, то есть исключительная политизированность;

• то, что американцы это допустили.

И потому главные вопросы, которые возникают: кто это сделал и как будут реагировать американцы?

Вот пример сложной информации, в которой помимо банальных «что?», «где?», «когда?», «как?», «с кем?» сразу же, объективно, то есть помимо воли или пристрастности журналиста, появляются дополнительные суждения, дополнительные вопросы, иногда даже варианты ответов на них (то есть вроде бы то, что выходит за пределы информации).

ПРОСТОЕ СОБЫТИЕ ОПИСЫВАЕТСЯ ПРОСТОЙ ИНФОРМАЦИЕЙ. СЛОЖНОЕ МОЖЕТ БЫТЬ ПОЛНО И

ПРОФЕССИОНАЛЬНО ОПИСАНО ТОЛЬКО СЛОЖНОЙ ИНФОРМАЦИЕЙ.

Что это — нарушение правила объективности информации, ее, так сказать, содержательной сухости, лапидарности? Нет. Дело просто в том, что фактически большая часть информации (как журналистских текстов), которая доходит до аудитории, касается все-таки сложных событий. Простых событий слишком много, и они, за исключением официальных, просто не влезают в свежие выпуски газет и теленовостей. Вот радио здесь выделяется, ибо на многих радиостанциях новости идут очень часто (порой раз в 15 минут) и передаются буквально одним-двумя предложениями.

Сложная же информация неизбежно содержит (и должна содержать в себе) как минимум два, как максимум три содержательных пласта.

Собственно информация о том, что произошло: голое перечисление фактов и значимых деталей (это то, что журналист должен передать в первую очередь, прежде всего иного — и если на иное нет времени, этим ограничиться).

Первичный объективный комментарий — то есть введение данного события в ряд других, случившихся ранее, аналогичных или противоречащих данному («только вчера эти две страны подписали соглашение о перемирии, а сегодня возобновили военные действия»), словом — введение данного события в некий значимый для него контекст.

Вторичный объективный комментарий — это прогноз (ибо очень многие события не краткосрочные, а длящиеся — несколько часов, а то и несколько дней), то есть информация о вариантах развития событий; предположения (максимально обоснованные, но чаще всего — по прецеденту, в силу неполноты знания обо всех деталях данного события) об участниках, причинах или виновниках случившегося.

Кроме того, в сложных информациях мы часто видим и кратчайший субъективный комментарий — в виде краткой оценки какого-либо участника события, свидетеля, эксперта или самого автора информации или редакции.

И всё это мы легко находим в сообщениях, которые публикуются в газетах и передаются по ТВ или радио. Причем первичный и вторичный комментарии, входящие в состав сложной информации, чаще всего выражаются буквально одной-двумя фразами. Они не должны доминировать (хотя в реальности это часто бывает) в информации. Они не должны быть вольными, абсолютно бездоказательными. Но они имеют право на существование.

Редакция вправе требовать от журналиста только сухой информации, информации в чистом виде. Но аудитории редакция передает эту информацию уже несколько усложненной, в лучшем случае заполняя пустоты (когда голых фактов крайне мало) тем, что я называю первичным и вторичным объективными комментариями, в худшем — отсебятиной.

При этом важно отметить, что очень часто источником первичной информации о событии, особенно происшествии (в момент которого никаких журналистов рядом не было), является ктото из его пристрастных участников либо даже из виновников. Предполагая или зная это, журналист не может не откомментировать факты или якобы факты, сообщенные такими лицами.

Хотя бы соответствующими оговорками: «Свидетелей аварии не было, мы передаем информацию со слов машиниста сошедшего с рельсов поезда». Это не просто указание на источник, это — комментарий, означающий: не обязательно, что этот машинист точен в передаче фактов.

Вспомним трагедию 2002 года с башкирским самолетом «Ту-154», столкнувшимся с американским военно-транспортным самолетом в небе над Германией по вине швейцарских авиадиспетчеров (она актуализировалась в начале 2004 года в связи с убийством одного из этих авиадиспетчеров).

Вот классический пример того, как первые информационные сообщения, в том числе и в наших СМИ, все оказались лживыми (за исключением информации о сам‹м факте авиакатастрофы). Почему? Потому что они опирались (1) на якобы прецеденты — русские самолеты падают только по вине русских; (2) на источники одной стороны — швейцарской; (3) как оказалось, на источники, которые были заинтересованы в сокрытии правды.

Кстати, первые информационные сообщения о гибели «Ту-154» над Германией — это еще один пример того, что в СМИ часто ложь есть часть правды: ложь (виноваты летчики из России) была частью правды, то есть нашего представления о том, что наши самолеты разбиваются только по вине наших летчиков, но никогда — западных.

Поэтому кто из читателей или редакторов может обвинить в субъективизме, в неумении владеть жанром информации того или тех журналистов, которые уже в первых своих сообщениях поставили некоторые вопросы или даже дали иную, чем все остальные, трактовку произошедшего?

Не такая это простая, сухая и однозначная вещь — информация как жанр журналистики.

Подведу некоторые итоги, акцентируя внимание заинтересованных читателей на парадоксах информации.

Информация может быть очень длинной (превосходить по объему любые статьи) — пример с проектом новой программы КПСС.

Информация может быть простой и о простом событии, и о сложном (тот же пример с проектом программы, если бы редакция не печатала весь текст программы, а передала ее суть в двух-трех фразах).

Информация может быть сложной — даже о простом событии, а о сложном — чаще всего.

Сложная информация (информация о событиях 11 сентября 2001 года) неизбежно включает в себя, как минимум, первичный и вторичный объективные комментарии, более того — она неполна без них.

Наконец,

ТОТ, КТО НЕ ОСМЕЛИВАЕТСЯ КРИТИЧЕСКИ ОСМЫСЛИТЬ ПЕРВИЧНУЮ ИНФОРМАЦИЮ ДАЖЕ О

СТЕРЕОТИПНЫХ, ЧАСТО ПОВТОРЯЮЩИХСЯ СОБЫТИЯХ (ПРИМЕР С БАШКИРСКИМ «ТУ-154») И

ДОВОЛЬСТВУЕТСЯ, ВРОДЕ БЫ СОБЛЮДАЯ ПРАВИЛА ИНФОРМАЦИОННОЙ ЖУРНАЛИСТИКИ,

ТРАНСЛЯЦИЕЙ ГОЛЫХ ФАКТОВ И СЛОВ ПЕРВЫХ СВИДЕТЕЛЕЙ, МОЖЕТ ОКАЗАТЬСЯ В ПОЛОЖЕНИИ

ИСТОЧНИКА ЛОЖНОЙ ИНФОРМАЦИИ.

И последнее. Умение грамотно (во всех смыслах) писать информационные сообщения — это на 90% навык. Но навык, в основе которого всё равно лежат правила, здравый смысл и критическое отношение к тому, что тебе сообщают.

Почти каждодневно те или иные журналисты в тех или иных СМИ ловятся на удочку тех, кто умеет создавать внешне грамотную информацию лучше, чем сами журналисты. Да, информация — это не бином Ньютона. Но

ВСЕГДА НАДО ЗНАТЬ ПРЕДЕЛЫ СВОЕЙ КОМПЕТЕНТНОСТИ В ЖУРНАЛИСТИКЕ И ПРЕДПОЛАГАТЬ, ЧТО

МОГУТ НАЙТИСЬ ЛЮДИ БОЛЕЕ КОМПЕТЕНТНЫЕ ИЛИ ТАК СЛОЖАТСЯ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА, ЧТО ЛИЧНОЙ

КОМПЕТЕНТНОСТИ ОКАЖЕТСЯ НЕДОСТАТОЧНО.

Обычно журналисты руководствуются этим правилом, но только тогда, когда пишут большие и сложные тексты (статьи или репортажи, называемые журналистскими расследованиями). При создании же «информационной заметки» об этом мало и редко кто думает. Впрочем, это и невозможно. Ибо многое в любой профессии делается автоматически.

Значит, изложенная выше максима, безусловно золотая, должна сидеть у каждого журналиста в подсознании, концентрироваться в опыте и в интуиции. Это, собственно, и отличает профессионала от неофита или просто плохого работника.

В следующий раз — о репортаже. Надо же наконец журналисту почувствовать себя писателем, к чему так многие и так безуспешно стремятся.

Лекция 19

Репортаж:

убей в себе писателя После того, как в прошлой лекции я подробно, намеренно подробно, но, может быть, слишком подробно разобрал почти «по косточкам» жанр информации, перейду к репортажу.

Напомню особо забывчивым, что репортаж, а также и интервью, я отношу к информационным жанрам. Если еще за некоторыми интервью (взятыми у экспертов, которые слишком известны и которым уже лень писать статьи собственной рукой) можно оставить эпитет «аналитическое», то само словосочетание, часто, кстати, звучащее по телевидению, «аналитический репортаж»

возмущает меня до глубины профессиональной, если таковая есть, души. «Аналитический репортаж» — это оксюморон, то же, что «жареный лед».

На аналитику сейчас претендуют все — она в моде, и она лучше, чем собственно информация, маскирует тенденциозность. Кроме того, жанры в практике тех или иных СМИ перемешиваются: к репортажу «присобачиваются» рассуждения их автора, комментарии, отсюда и появляется желание назвать репортаж аналитическим. Но, по крайней мере, в теории мы должны придерживаться чистоты определений. Иначе всякая теория теряет смысл. Никогда нельзя до конца разрушать классические схемы, поэтому я и придерживаюсь жанрового деления журналистики на информацию, репортаж, интервью, статью с добавлением новейшего, того, чего просто не было в классической журналистике, — игры.

Если бы я был авангардистом в теории журналистики, то я бы сказал иначе. Да, в журналистике есть четыре жанра, причем первый имеет три разновидности. И эти жанры таковы:

• информационный (информация, репортаж, интервью);

• аналитический (статья, комментарий на ТВ);

• игровой (собственно игра и большинство ток-шоу, а также некоторые «штучки», рожденные Интернетом, о которых позже).

Это тоже можно считать верной схемой, но по сути лишь несколько трансформирующей классическую.

Поскольку я так упорно настаиваю на своей схеме жанрового деления, мне придется в этом месте сделать крайне необходимое отступление, которое затем логично вернет нас вновь к теме репортажа.

Всё внешнее разнообразие журналистских материалов, которое мы наблюдаем в СМИ, это есть не разнообразие жанров, а разнообразие употребляемых журналистами литературных приемов, то есть это не собственно журналистика, а уже писательство.

Одна из моих уже прозвучавших максим гласит: «Журналистика не для гениев». Это вы помните. Ее бы следовало дополнить и парной к ней максимой:

НЕТ ХУДШЕГО ЖУРНАЛИСТА, ЧЕМ ПИСАТЕЛЬ.

Из плохого журналиста может получится хороший писатель. Из любого писателя, что плохого, что хорошего, никогда не получится хороший журналист. Писателя надо гнать из газеты или с телевидения, если он там завелся. Мало того, что он сам не сделает ничего толкового, так еще и других развратит.

Что такое писатель? Приведу одно из определений, но наиболее важное с точки зрения журналистики: писатель — это человек, создающий тексты, в которых его собственные фантазии, более или менее связанные с жизнью, чаще всего тоже его собственной, выдаются за описание реальной жизни. То есть писатель занимается прямо противоположным тому, чем должен, обязан заниматься журналист.

Мы имеем один очень яркий пример писателя, работающего журналистом. Я имею в виду Александра Проханова, главного редактора газеты «Завтра», знакомиться с которой обязан каждый интересующийся русской политикой и общественной мыслью человек. Газета «Завтра»

неизмеримо скучная, хотя отдельные проблески интересного есть почти в каждом ее номере. И самое интересное — передовые статьи Александра Проханова. А раз он работает в газете, пусть даже главным редактором, что совсем не одно и то же, что журналист в точном смысле этого слова, то он уже журналист. Главные редакторы вообще редко пишут и в свои, и в чужие издания. Подозреваю, что многие — и не умеют, что, впрочем, не мешает некоторым из многих быть хорошими главными редакторами. Просто это разные профессии.

Итак, Александр Проханов — журналист и, безусловно, писатель (какой, это отдельный вопрос). К чему же это приводит?

Во-первых, и главное, к тому, что его публицистический талант (это бесспорно) и цветастый мифологизированный язык делают настолько уязвимыми для критики его статьи, что конечно же как собственно журналистика они не воспринимаются. Несколько утрируя, я сказал бы, что его статьи, эти стихотворения в прозе о погибели Русской земли, создают тот же эффект, что и собственно стихотворения, если бы они печатались взамен информаций, репортажей и статей.

Может быть, это и совершенно точная информация, и абсолютно справедливые комментарии, но форма подачи того и другого лишает их внешних, первичных признаков точности и объективности. Форма убивает содержание.

Второе, чем Проханов, писатель в газете, убивает журналистику газеты «Завтра», так это как раз своим публицистическим даром, то есть крайним субъективизмом, выраженным в слишком яркой форме. Публицистика необъективна по определению. В противоположном лагере у Проханова есть лишь два конкурента. Один из них (о втором, точнее о второй, я расскажу в лекции, посвященной такому жанру, как статья) Максим Соколов. Но Максим Соколов не пишет передовых и подшапочных статей, тем более в каждом номере «Известий», а Александр Проханов как раз это и делает в каждом номере «Завтра». Поэтому Максим Соколов яркостью своих текстов не убивает у читателей «Известий» желания читать и остальные материалы, пусть менее яркие, этой газеты. А Александр Проханов убивает. Нет никакой возможности (а ведь нужно) после знакомства с его открывающей каждый номер «Завтра» искрометной листовкой читать пусть брутальные, но на прохановском фоне удивительно нудные статьи остальных авторов этой газеты.

Так писатель убивает журналистику и в себе, и в СМИ, в котором работает. В данном случае поразительно только то, что этот писатель — еще и главный редактор издания, о профессиональном процветании которого он обязан заботиться в силу своей должности.

Лекция о репортаже, — зевнет вслух особо невоспитанный и недогадливый студент, — а господин профессор то о писателях, то вообще о Проханове. Не заговорился ли?

Нет, господин студент, и своей недогадливостью вы будоражите во мне не лучшие, в преддверии экзамена, инстинкты.

Информация — это жанр журналистики, связанный с писательством только тем, что и журналист, пишущий информацию, и писатель, пишущий то, что сейчас почему-то продолжает называться литературой, должны уметь писать, то есть грамотно (и в смысле орфографии тоже) передавать с помощью написанного текста то, что они хотят рассказать читателю. В этом ряду, кстати, стоит еще и, что удивительно, чиновник, который тоже должен уметь грамотно (во всех смыслах) писать.

Но вот репортаж, о котором сейчас речь, а равно интервью и аналитическая и публицистическая статьи имеют свои аналоги, или родственные жанры, в собственно литературе.

Репортаж — рассказ.

Интервью — драматургический жанр, пьеса.

Аналитическая статья — далее всего от литературы, ей близок разве что жанр эссе.

Публицистическая статья — памфлет или фельетон, в чем и силен упоминавшийся Александр Проханов.

Не буду дальше развивать эту, на мой взгляд, очевидную истину. Просто перейду к репортажу, который и рассмотрю с точки зрения информационной и с точки зрения литературной.

Сделаю в связи с литературой только еще два замечания, они имеют отношение ко всему литературному в журналистике, кроме размещения собственно литературных произведений в СМИ.

Репортаж, интервью и оба вида статей должны быть литературны только во внешнем, так сказать формальном смысле, но отнюдь не в содержательном. Приемы — да, вымысел (суть писательского, собственно литературного текста) — нет.

Однако беда в том, что русская журналистика, в отличие, кстати, от западной, слишком беллетризирована. И поэтому более субъективна. Я думаю, от этого своего качества она никогда не избавится, да и не нужно. В этом ее национальная специфика, ее своеобразие.

Почему такой грех случился с нашей журналистикой? Тому есть две главных причины.

Первая. Я уже говорил, что русская журналистика родилась практически одновременно с русской литературой (в отличие от западной журналистики, которая скорее дочка или даже внучка своей литературы, но не сестра, как журналистика русская). Карамзин, Крылов, Новиков, Пушкин — это одновременно и первые русские писатели, и первые русские журналисты, и первые русские редакторы. Вообще редко какой большой русский писатель в XIX и первой половине XX века не прошел через журналистику. Отсюда и результат — беллетризированность в крови и в традиции русской журналистики.

Вторая причина. Будучи подцензурной на протяжении почти всего своего существования (то есть трех веков за изъятием нескольких лет в начале XX века и его последнего десятилетия) профессиональная русская журналистика одним из главных своих профессиональных приемов сделала иносказание, так называемый эзопов язык, то есть такое витиеватое метафорическое изложение и фактов, и мыслей, чтобы и умным читателям всё было ясно, и цензуре нельзя было ни к чему придраться. Разумеется, это чисто литературное мастерство.

Патриархи советской журналистики, доставая сегодня из архивов свои статьи, весомо преподносят тем, кто их слушает (а таковых, увы, мало), цитаты из этих материалов, расшифровывая второй, третий и даже четвертый смыслы, ими в соответствующие фразы заложенные. Все эти смыслы, разумеется, революционные. Я, конечно, немного утрирую, но не настолько, чтобы не согласиться со мною в главном. Привычка излагать свои мысли намеренно запутанно, чтобы партком не догадался, то есть витиевато, а следовательно, и беллетризированно, настолько въелась в русскую журналистику, что, когда наступила даже уже не гласность, а полновесная свобода слова, мэтры советской журналистики всё продолжали писать и говорить эзоповым языком. Оттого-то и провалились профессионально. Ни одного из них сегодня в большой журналистике России нет. Они дали обогнать себя молодым и часто малообразованным профанам и неофитам. Те, конечно, в эзоповом языке не очень нуждаются, да и старших коллег не так чтобы слишком уважают, а все-таки, как яблоко от яблони, недалеко упали. Любят написать что-нибудь такое, чтобы истинный смысл написанного был не в строках, а между ними.

Однако молодые все-таки выкладывают всю эту литературщину как гарнир к куску какогонибудь вполне кровоточащего мяса реальных проблем. Старики же не могут из-под гарнира выбраться. Для них он не пижонство — а строй мысли и, соответственно, текста.

До сих пор один из главных вопросов, который волнует каждого профессионального читателя газет и журналов в России, не что написали та или иная газета, тот или иной журналист, а вполне советский вопрос: что они хотели сказать?

Отвечаю: чаще всего — ничего. Просто журналист не умеет выражать свои мысли четко, а то, что он написал, — им же самим и сочинено. Но это к слову. А сейчас, по нашей традиции, после некоторой интеллектуальной разминки обратимся наконец к основной теме лекции — к репортажу.

И вновь, как и в случае с информацией, начну с повторения уже данного ранее определения этого жанра. Для того, чтобы его уточнить.

Репортаж — это информационный жанр, с помощью которого журналист рассказывает не только о факте произошедшего, но и дает некоторые дополнительные подробности события. Репортаж имеет не только фабулу (точная передача случившегося), но и сюжет (литературную форму передачи фабулы), временную протяженность (что было до и что после события). Часто включает элементы первичного комментирования. Репортаж может быть написан только в том случае, если журналист лично находился на месте события, хотя бы в момент, когда его основная фаза уже прошла.

Пожалуй, всё главное в этой формулировке уже отражено. Я бы лишь сделал ее несколько лапидарнее и чуть-чуть точнее в части, где упоминается элемент комментирования.

РЕПОРТАЖ — ЭТО ИНФОРМАЦИОННЫЙ ЖАНР, ИСПОЛЬЗУЕМЫЙ ДЛЯ РАССКАЗА О ВСЕХ ОСНОВНЫХ, А

ТАКЖЕ НАИБОЛЕЕ ВПЕЧАТЛЯЮЩИХ СТАДИЯХ РАЗВИТИЯ СОБЫТИЯ, КАК ПОСРЕДСТВОМ ЛИЧНЫХ

НАБЛЮДЕНИЙ (ЧТО ОБЯЗАТЕЛЬНО), ТАК И С ПОМОЩЬЮ СЛОВ УЧАСТНИКОВ ИЛИ ОЧЕВИДЦЕВ

ПРОИЗОШЕДШЕГО. ИСПОЛЬЗУЕТСЯ ДЛЯ ОПИСАНИЯ СЛОЖНЫХ И ДЛЯЩИХСЯ СОБЫТИЙ. НЕ ТОЛЬКО

ДОПУСКАЕТ, НО И ПРЕДПОЛАГАЕТ ЛИЧНЫЕ, В ТОМ ЧИСЛЕ И ЭМОЦИОНАЛЬНЫЕ АВТОРСКИЕ ОЦЕНКИ,

А ТАКЖЕ ПЕРВИЧНЫЙ И ВТОРИЧНЫЙ КОММЕНТАРИИ.

Репортаж — младший брат информации или, менее метафорично, это информация о событии, передаваемая в развернутой форме — с приведением не только основных, но и второстепенных деталей произошедшего.

Или, совсем коротко: информация — это сообщение о событии, репортаж — это документальный рассказ о нем.

Там, где есть рассказ, должно присутствовать и мастерство рассказчика, довольно редкий дар среди журналистов. Вспомните, как часто вы читаете репортажи, из которых вам сразу же становится абсолютно ясно, что и как произошло. Совсем нечасто. Легче, как я уже однажды отмечал, авторам телерепортажей, ибо их, как минимум, двое — собственно журналист и телеоператор. Причем последний с помощью видеоряда может передать (рассказать) о событии гораздо больше и лучше, чем говорящий, показав масштаб события, его динамику, компенсировав косноязычие говорящего тележурналиста, его неумение подобрать точные эпитеты реальным видеорядом.

В чем проявляется мастерство журналиста при создании репортажа?

• во-первых, в умении точно и ясно рассказать о том, что случилось;

• во-вторых, в способности передать эмоциональное состояние участников событий или его свидетелей;

• в-третьих, в умении ввести в репортаж (а для этого — получить их) высказывания или оценки главных участников события, оттенив субъективность этих оценок своими объективными и короткими комментариями;

• в-четвертых, сделать всё это в предельно сжатой форме, ибо стандартный объем газетного репортажа (на телевидении еще короче) — 150—200 строк, что гораздо меньше среднего размера рассказа как литературного жанра.

С учетом существования ТВ необходимо выделить два типа репортажей. Первый — о событии, которое аудитория не наблюдала (или не наблюдает) сама. Второй — о событии, элементы которого или даже полный ход (спортивный матч, например) которого аудитории известен. Первый тип конечно же труднее — он требует гораздо большего мастерства рассказчика.

Вообще репортер — это отдельная профессия внутри журналистики и даже отдельный тип журналиста. Об этом я расскажу в специальной лекции, пока же отмечу, что все журналисты делятся на два главных типа и шесть их разновидностей (или подтипов).

Это (1) репортеры, то есть рассказчики. И (2) аналитики, то есть комментаторы.

Первые бегают, вторые сидят за столом в редакции. Но и газета, и телепередача не будут полноценными без произведений и тех, и других.

Если взять более дробную классификацию журналистских типов, то это:

• информационщики (умеют первыми добыть информацию о событии);

• репортеры (умеют рассказать о том, что уже случилось или происходит в данный момент);

• интервьюеры (умеют долго разговаривать с людьми, получая от них то, что не удается другим);

• аналитики (комментаторы, но не надо путать со спортивными «телекомментаторами», которые не более чем репортеры);

• публицисты — самый вредоносный журналистский тип, наиболее близкий, что очевидно, к политикам-популистам, но отдельные представители которого пользуются порой (как и политики аналогичного типа) бешеной популярностью; лучший пример — Сергей Доренко периода 1998—1999 годов;

• игроки, а точнее — модераторы игр (тип, хорошо известный старшему поколению наших людей по профессии «массовик-затейник»).

Разумеется, в чистом виде все эти типы встречаются редко, хотя в любой редакции все всегда знают, кто лучше добывает информацию, кто — лучше пишет репортажи, кто — удачнее берет интервью, а кому нужно заказывать аналитическую статью. Ну а редакционные балагуры и лицедеи, если повезет, перебираются на телевидение вести ток-шоу и игры.

Хороший репортер — это, в общем-то, большая редкость. А хорошей газеты без хороших репортажей нет, как и газеты вообще без каких-либо репортажей. О репортерской школе тех или иных изданий можно говорить отдельно. Некоторые наши издания славятся своими репортерскими школами. В свое (советское) время, например, считалось, что едва ли не лучшая репортерская школа в стране — это школа «Комсомольской правды». Сегодня лучшие репортеры работают, пожалуй, в «Коммерсанте», правда многие из них слишком часто путают собственные фантазии с реальностью.

Чем силен репортаж? Тем, что передает реальную жизнь не усушенной, как информация, и не препарированной чьей-то, часто спекулятивной, логикой, как статья, а непосредственно.

Не совсем научно (лучших терминов я пока не придумал) я делю все репортажи на прямые (не путать с тем, что называют прямым репортажем на ТВ) и обратные.

Прямой репортаж (основная разновидность) отличается простой вещью: в нем фабула (реальный ход событий) совпадает с сюжетом (ходом рассказа о событии). А обратный репортаж переворачивает сюжет на 180° по отношению к фабуле. Приемом обратного репортажа пишутся, как правило, так называемые журналистские расследования и вообще всё, что связано с какой-то тайной, а это обычно — репортажи о раскрытии преступлений. Обратный репортаж, естественно, детективен. В жизни (фабула) сначала совершается конкретным лицом преступление, затем оно раскрывается. В обратном репортаже (сюжет) сначала начинает раскрываться преступление, потом становятся известны всё более и более значимые его детали, в конце — называется преступник.

Но есть умельцы, и их довольно много в наших СМИ (как правило, они как раз из разряда писателей), которые изобрели разновидность скачущего, как я его называю, репортажа, когда сюжетная линия постоянно перебивается фабульной, и наоборот. Этот крайне неудобоваримый для чтения вид репортажа родился во многом под влиянием телевидения с его техникой монтажа (ранее, естественно, изобретенного в кино). Дело, конечно, вкуса, но все-таки ясно написанный и хронологически последовательный репортаж (четко передающий ход какого-то важного для аудитории события), на мой взгляд, единственно приемлемая в журналистике разновидность этого жанра.

Это следует просто из определения того, что мы хотим узнать из рассказа автора репортажа (и почему, соответственно, родился этот жанр журналистики). А хотим мы узнать, как это случилось в реальной жизни.

А что такое по-настоящему хороший репортер? Это, конечно, не тот, кто настолько набил руку в писании в своем жанре, что способен написать репортаж с собственных похорон. Таких довольно много, и многих я знаю — по их творениям. Будучи участником многих событий, официальных и светских мероприятий, я часто с улыбкой (порой и с возмущением) читал или смотрел потом репортажи о том, что наблюдал своими глазами: при наличии всех внешних признаков репортажа, что не фраза, то неправда. И аудитория (а часто и редакция) об этом так никогда и не узнает. Одно время я находил особое эстетическое наслаждение в том, что отыскивал в репортажах с дипломатических и светских приемов, регулярно публиковавшихся в одной газете, претендовавшей на особую осведомленность, фамилии людей, которые на данном приеме не были. Журналистов пускают далеко не всюду, но списки гостей того или иного мероприятия достать не так уж и трудно. А пришел данный гость или нет — можно узнать лишь на месте, куда журналистов часто не пускают. Однажды (с чего и началось мое наблюдение за автором этих «репортажей») я нашел самого себя на приеме, на который был приглашен, но не смог пойти.

Это очень простое репортерство, требующее разве что бесцеремонности и хорошо подвешенного языка или пера. Но это, конечно, далеко от того, что делает репортаж

РЕПОРТАЖЕМ, ТО ЕСТЬ ЖАНРОМ, ЧЕРЕЗ КОТОРЫЙ РЕАЛЬНАЯ ЖИЗНЬ В НАИМЕНЕЕ ИСКАЖЕННОМ

ВИДЕ ДОХОДИТ ЧЕРЕЗ СМИ ДО АУДИТОРИИ.

Что, кстати, кроме событий, интересует нас как обывателей в жизни? Ответ очевиден — другие люди. И этот фундаментальный интерес отрабатывается с помощью специального и очень интересного, может быть, наиболее журналистского, после репортажа, жанра — с помощью интервью.

О нем — в следующей лекции.

А пока советую всем подумать: с кем бы из незнакомых и недоступных вам людей вы хотели поговорить? Составьте список из десяти фамилий. А я, прочитав этот список, достаточно точно расскажу вам, кто вы есть.

Вот в чем и магия, и la raison d`еtre1 интервью: мы есть те, с кем мы общаемся — хотя бы и с помощью СМИ.

Букв.: фр. смысл [существования].

1 Лекция 20

Интервью:

небольшая пьеса для очень большой аудитории Я очень люблю писать диалоги (об этой литературной форме, крайне редко используемой в журналистике, я расскажу в лекции, посвященной авторскому стилю в журналистике), но очень не люблю брать интервью. А взял я их немало — несколько десятков. Только официальных — у президентов и глав правительств разных стран — больше тридцати.

Не люблю я брать интервью по одной причине: из-за того, что слишком часто оно доходит до страниц издания в искаженном виде (к телевидению это относится в гораздо меньше степени).

Причем чаще всего эти искажения — дело твоих собственных рук Вот ты просто редактируешь неудачную, а потому и непонятную в письменном варианте фразу — а как она хорошо характеризует интервьюируемого! Здесь ты пожалел своего собеседника — вычеркнул место, где он продемонстрировал явную некомпетентность. Тут просто сократил (разговор-то был долгий) — и целый тематический пласт ушел. В этом месте всё оставил, но как же скучны эти банальности, а ты ведь сидишь над ними, отрывая время от писания собственных статей. Наконец, в официальных интервью, где почти всё оговаривается заранее, промелькнет некоторое откровение, собеседник или, что даже важнее, — позиция его страны, его правительства вдруг откроются с неожиданной стороны. Но именно это надо, соблюдая договоренность, выражаясь русским литературным языком XIX века, похерить, то есть перечеркнуть крест-накрест (буквой «Х»).

Впрочем, это мои личные пристрастия, не мешающие интервью (хорошему, конечно) оставаться самым сладким для аудитории жанром журналистики. В нем есть «человечинка» — причем и в высоком, и в плотском, если не плотоядном смысле этого слова.

Напомню, что уже было сказано про интервью: это информационный жанр, целью и содержанием которого является передача слов и мыслей значимого вообще или в контексте случившегося события человека, причем слов и мыслей, появившихся не спонтанно, а благодаря специально поставленным вопросам. Это удачная формулировка, не буду ее менять.

Теперь остановимся на интервью подробнее. Прежде всего отмечу, что, хотя в узком смысле этого термина под интервью понимаются прежде всего довольно пространные тексты, состоящие из вопросов, заданных известному человеку, и его ответов, гораздо чаще интервью используется как подсобный, служебный жанр при создании репортажей, реже — информаций и статей. Как правило, в этом случае интервью публикуется (оглашается) в урезанном виде, а именно: без публикации вопросов. Гласности предаются только ответы. Например, в ходе телерепортажа с заседания парламента журналист, рассказывая о том, какой скандал случился во время заседания, дает в эфир два-три высказывания разных участников скандала и его свидетелей.

В информации, в которой сообщается о какой-либо аварии, среди прочего сказано: «По мнению представителей милиции, виновником аварии, скорее всего, является N». В данном случае не только не передается вопрос (ибо, во-первых, он очевиден, во-вторых, экономится объем информации), но не называется по имени тот, кому этот вопрос задан (главное в данном случае не его имя, а то, что он является специалистом по данной проблеме, экспертом), да и ответ передается не прямой, а косвенной речью.

Или: в статье, посвященной разбору политики президента, журналист пишет: «Недавно я имел возможность спросить президента, доволен ли он действиями правительства. Президент ответил: (далее следует ответ)».

В последнем случае, учитывая важность лица, возможную эксклюзивность этого ответа, а следовательно — дальнейшую его цитируемость, важны максимально точные формулировки — прямо по диктофонной записи. А если цитируешь по памяти, то нужно быть уверенным, что президентская пресс-служба не дезавуирует эту информацию. Причем часто важна точная передача не только ответа, но и вопроса, ибо ответ, будучи вырванным из контекста вопроса, может звучать иначе, чем предполагал отвечающий. Например, один и тот же ответ президента:

«Нет, не доволен», имеет разный смысл, если он стал реакцией на два разных вопроса: (1) «Раньше вы всегда хвалили правительство, а его вчерашним решением вы довольны?» — или (2) «Прошло сто дней со дня формирования правительства. Вы довольны его действиями за этот срок?».

Что объединяет все три приведенных примера? То, что и президент страны, и анонимный представитель милиции, и конкретные члены парламента выступают в качестве казуально интервьюируемых экспертов по какому-то вопросу (работа правительства, авария, скандал в парламенте), а не тех лиц, у которых журналист берет интервью из-за интереса к ним самим.

Очень часто, отвечая на вопрос, берут ли журналисты интервью у незнаменитых или «неинтересных» людей, студент с ходу говорит: нет. Это абсолютно неверно.

Можно ли и нужно ли брать интервью у дворника и может ли оно представлять интерес для аудитории? Я с легкостью назову целых шесть случаев, когда на эти два вопроса нужно дать утвердительные ответы (при достаточном профессионализме журналиста, разумеется, ибо из людей, которые не привыкли давать интервью, вытягивать то интересное, что они могут сказать, стоит большого труда и умения). Вот эти случаи:

• если этот дворник работает на Красной площади или даже в самом Кремле (правда, без разрешения спецслужб кремлевский дворник интервью вряд ли даст);

• если этот дворник первым оказался на месте громкого преступления;

• если этот дворник победил на конкурсе «Лучший дворник страны»;

• если вы рассказываете в своем СМИ о разных профессиях, а данный дворник хорошо владеет секретами своего ремесла;

• если сын этого дворника стал чемпионом мира неважно по чему;

• если этот дворник на досуге сочиняет романы и победил в престижном литературном конкурсе.

Это только шесть самых очевидных случаев, а есть и менее очевидные теоретически, но нередко встречающиеся практически: журналист опрашивает «простых людей» об их отношении к тому или иному важному политическому событию; журналист пишет материалы о качестве снегоуборочной техники; готовится материал об изменениях климата — кто лучше человека, постоянно работающего на улице, может сказать что-то интересное по этому поводу? Или журналист пишет материал о том, как люди ведут себя на улице, и т. д. и т. п.

Что, однако, характерно для всех этих интервью с незнаменитыми людьми? Вас (вслед за аудиторией) интересует не данный человек, а просто типаж из определенной социальной или профессиональной группы. Либо это достаточно случайный свидетель, очевидец, участник какихто безусловно важных и интересных событий (как говорится, на его месте мог бы оказаться любой). Либо, в лучшем случае, данный человек в чем-то, хотя бы в скромном ряду своих коллег, экзотичен: пишет романы, сын его стал чемпионом, первый по профессии. Словом, повторюсь, сам человек, тот, что имеет конкретную судьбу и фамилию, вас и аудиторию в данных случаях мало интересует.

И журналистов, и публику часто по большому счету не очень-то интересуют сами по себе и известные (публичные) люди — особенно если вы знаете из прежнего опыта, насколько они не интересны или насколько неинтересно говорят. Но так уж устроено общественное мнение, что статус личной известности (популярности) тех или иных людей привлекает чрезмерный общественный, а следовательно, и журналистский, интерес к ним. Одно из первейших следствий этого интереса, если не первое сегодня, это то, что у них начинают брать интервью.

Иногда, впрочем, общественный интерес в первую очередь ориентируется не на личную известность того или иного человека, а на исключительность его профессии, поста.

Всегда брали и будут брать интервью у президентов, премьер-министров, министров обороны и иностранных дел. Не было отбоя от СМИ, желающих взять интервью у первых космонавтов — пока эта профессия была пионерской и крайне редкой. Сейчас, когда космонавтика перестала быть экзотичной, а общественные пристрастия сместились в сторону так называемой попсы, думаю, есть космонавты, у которых никогда ни одно СМИ не брало ни одного более или менее развернутого интервью. И многие журналисты скорее станут расспрашивать о полетах на Марс какую-нибудь очередную поп-звезду, чем космонавта.

Все стремятся взять интервью у разведчиков, представителей спецслужб — чем выше ранг, тем лучше, но и у рядовых — с не меньшей охотой.

Лакомый кусок — интервью, взятое у жен, детей, родителей, внучатых племянников, друзей детства и учителей известных людей.

Наконец, у любого представителя публичной профессии гораздо больше шансов на интерес журналистов, чем у даже выдающихся представителей профессии не публичной (астронома, например).

И, к сожалению, должен констатировать, что повышенный интерес публики и, соответственно, журналистов (с удовольствием отмечу, что лично я к таковым не принадлежу) вызывают преступники всех мастей (особенно убийцы и насильники), а также носители иных аномальных и антисоциальных форм образа и стиля жизни. Сколь бы вы не были умны и интересны, вы можете всю жизнь ходить по улицам в одежде и ни разу у вас не попытаются взять интервью. Но стоит вам однажды пройтись по улице голым (и особенно, если вы объявите это актом концептуального искусства), как к вам тут же примчатся желающие взять интервью журналисты не только из маргинальных, но даже и из вполне респектабельных СМИ.

Но, конечно, главное в интервью как в жанре журналистики — это все-таки реализация с помощью специально подготовленных (удачно или нет, иное дело) вопросов интереса к известной, популярной, авторитетной или статусной личности, причем интереса, связанного как с тем, что сделало ее (данную личность) известной, популярной, авторитетной или статусной (работа, знания), так и с побочными темами — личная жизнь, взаимоотношения с коллегамиконкурентами, вообще всё, ибо считается, что любое мнение и о чем угодно, если это мнение известного человека, интересно публике.

Напомню, что интервью — жанр по сути информационный. Не вопросы журналиста и не его ремарки, не его оценки и комментарий к ответам интервьюируемого в первую очередь интересуют аудиторию, а сами ответы. То есть журналист лишь информирует аудиторию о том, что сказал человек, у которого берется интервью.

Это, с одной стороны, требует предельной четкости, ясности, лапидарности — то есть журнализма, или умения владеть профессиональными навыками, ремеслом. Но, с другой стороны, в интервью ценятся пространность, наличие нюансов, деталей, многоразовых заходов с одним и тем же вопросом, иначе сформулированным, ибо это очень литературный и очень психологический жанр. Любой осмысленный набор вопросов к какому-то человеку и, естественно, полученные ответы — это, безусловно, психологический опыт, а в самых удачных попытках — и психологическое исследование. Хороший интервьюер — это и хороший литератор, и хороший психолог.

Я уже проводил сравнение журналистских жанров с литературными (и буду продолжать указывать на этот параллелизм). Здесь же, применительно к интервью, нелишне сравнить журналистские жанры с методами работы в науке. Следующий далее пассаж, по логике, надо бы присовокупить к уже прочитанной мною лекции о журналистике и реальном знании.

Итак, информацию, с элементами большого утрирования, можно назвать кратким научным описанием некоего естественного или общественного феномена. Репортаж — с описанием эксперимента, чаще всего с элементами собственной включенности в этот эксперимент.

Интервью — в чистом виде научный метод, широко используемый в социологии, психологии (вплоть до психиатрии), политическом (политологическом) прогнозировании. Статья — понятное дело, это формулирование и изложение известных или (вдруг!) открытых журналистом, пусть только для себя и для аудитории, законов общественного развития и их конкретных проявлений в жизни. Я очень люблю называть журналистику, в первую очередь политическую, оперативной прикладной политологией. И очень часто, если, конечно, журналист профессионален, причем не только как журналист, но и как политолог — журналистика таковой и является.

В свое время я еще расскажу об этом специально, сейчас же, ради того, чтобы оставить засечку в памяти слушателей и читателей этого курса, отмечу, что своими едва ли не самыми значительными журналистскими достижениями считаю введение в политический и политологический обиход термина «управляемая демократия» применительно к современной России, а также представления об общенациональных телеканалах как квазипартиях. И развитую мною с подачи профессионального политолога Андраника Миграняна трактовку олигархических групп ельцинской России как олигополий.

Словом, аналитическая статья — это в общем-то популяризаторская и очень, чаще всего, узкая по тематике научная статья. Публицистике в науке, естественно, не место, хотя и ученые порой выступают проповедниками своих убеждений и знаний. Поэтому аналога публицистики в науке нет, если не считать, впрочем, гипноза как метода психотерапии. А вот игры во многом строятся по моделям психологических и социологических экспериментов.

Но вернусь к интервью. Теперь поговорим о нем как о драматургическом произведении.

Текст пьесы и текст интервью, что очевидно, очень похожи. Это сходство не только внешнее.

Диалоги, как правило, занимают большую часть пространства пьесы. Существенное отличие в том, что в интервью один и тот же человек (герой № 2 в интервью) всё время спрашивает, а другой (главный герой) — всё время отвечает. То есть интервью — несколько однобокая пьеса, сюжетно обедненная (мало героев, диалог не равноценен, нет иного действия, кроме как в сам‹м разговоре). И всё же солидное по объему и качественное интервью никогда не монотонно. В нем, помимо небольшого вступления, прелюдии, экспозиции (представление главного героя и часто — описания места действия, то есть того, где происходит разговор, и облика главного героя) и эпилога, обязательно наличествуют завязка действия (самого разговора или главной темы этого разговора), развитие этого действия, его кульминация, наконец, развязка. Качественное интервью конфликтно, чаще всего не внешне, а внутренне. Второй герой (журналист) не может постоянно впрямую спорить с интервьюируемым (главным героем), но все-таки спор, несогласие хотя бы временами должны присутствовать.

Я мог бы еще долго говорить об интервью как о драматургическом произведении, но ограничусь сказанным, а также советом ко всем, кто хочет посвятить себя этому жанру, подходить к нему с этой позиции. Успех обязательно будет, если, конечно, помимо желания есть и соответствующие способности. Нельзя, впрочем, забывать о том, что, как я многократно говорил, журналист не писатель, он не может что-то просто сочинить или досочинить в интервью. Максимум вмешательства — для нагнетания драматизма кое-что переставить местами в большом интервью. Главное же — уметь задать драматургию разговора своими вопросами и тем, как вы, журналист, ведете беседу — все-таки у журналиста огромное преимущество: своими вопросами он задает ритм, темп, часто стилистику, тематику и даже проблематику разговора.

В этой связи сформулирую шесть правил, соблюдение которых я считаю обязательными для подготовки очень хорошего интервью. Не всегда ими удается в полной мере воспользоваться, все-таки журналистика профессия суетная, цейтнотная, в темповом отношении рваная, вдохновения ждать — на это чаще всего времени нет, но если удается — результат превосходный. Да и если просто, даже в интервью-экспромте, подсознательно ориентироваться на эти правила, эффект будет ощутимым.

Первое правило интервьюера (очередная максима):

НЕ БЕРИТЕ ИНТЕРВЬЮ У ТОГО, КОГО ЛЮБИТЕ, И У ТОГО, КОГО НЕНАВИДИТЕ, — ТОЛЬКО У ТОГО, КТО

ВАМ ИНТЕРЕСЕН ПРИ В ЦЕЛОМ НЕЙТРАЛЬНОМ К НЕМУ ОТНОШЕНИИ.

Понятно, что нейтрально журналист относится к очень немногим, да и задание редакции может идти вразрез с тем, о чем я говорю. Но думаю, мысль моя ясна: нельзя идти на интервью с предубеждением к человеку, положительным или отрицательным — неважно. Смирите свои чувства хотя бы на два-три часа разговора. Иначе своей любовью или ненавистью, во втором случае, разумеется, скрытой от собеседника, вы просто исказите его образ, даже представленный его собственными ответами.

Второе правило интервьюера:

СОСТАВЬТЕ НАКАНУНЕ ВСТРЕЧИ КАК МИНИМУМ 20—30 ВОПРОСОВ К ГЕРОЮ ИНТЕРВЬЮ.

Если всё, что вы хотите узнать, завершается на пятом вопросе, дело плохо. Раз вам нечего спросить, значит, вы ничего не узнаете. Разговор будет банальным. Правда, все 30 вопросов задать почти никогда не удается. Но зато вы уже мысленно прокрутили все варианты разговора, всю его тематику. Зашли туда, куда интервьюируемый, возможно, и не собирался вас пускать, но пустит, если вы постучитесь в эту дверь.

Кроме того, «лишние» вопросы (самые небанальные, но, конечно, не высосанные из пальца), всплывая в памяти, часто помогают, когда: (1) собеседник отвечает очень содержательно, одним своим ответом покрывает сразу три-четыре, в том числе и еще не заданных вами, вопроса; (2) когда собеседник из-за банальности первых вопросов, начинает скучать, и беседа проваливается;

(3) когда собеседник очень популярен и часто дает интервью: в голове у него наезженная пластинка, он бойко оттараторивает ответы, которые давал не раз, на ваши десять вопросов (если их всего десять), разговор быстро заканчивается, и, вроде бы достигнув желаемого, вы после расставания обнаруживаете, что абсолютно ничего нового в тексте взятого вами интервью нет.

Третье правило интервьюера: для совсем уж изощренных в этой работе:

НЕ ТОЛЬКО ПОДГОТОВЬТЕ 20—30 ВОПРОСОВ К СВОЕМУ ГЕРОЮ, НО И САМИ ПИСЬМЕННО (ИЛИ ХОТЯ

БЫ МЫСЛЕННО) ОТВЕТЬТЕ НАНИХ ЗА ИНТЕРВЬЮИРУЕМОГО.

Это поможет, во-первых, в реальном разговоре быстрее миновать все неизбежные банальности (вы уже будете знать ответы), а во-вторых — и это главное, — в результате такой работы вы, скорее всего, откажетесь от 10—15 вопросов, ответы на которые и так известны или неинтересны, зато у вас появится десяток новых, действительно оригинальных вопросов, которыми вы безусловно заинтригуете интервьюируемого, то есть расположите его к себе.

Я уверен, что на 60—80% удачное интервью — это результат вашей работы с вопросами.

Никто и никогда не отвечает интересно на неинтересные ему лично вопросы.

Четвертое правило интервьюера придумано не мною:

ПРОЯВЛЯЙТЕ И ДЕМОНСТРИРУЙТЕ ИНТЕРЕС К СОБЕСЕДНИКУ, ЗНАНИЕ ЕГО ЖИЗНИ И ДЕЯТЕЛЬНОСТИ,

НО НЕ ЛЬСТИТЕ.

Действительно, наибольший интерес для большинства людей представляют они сами, а их симпатии к незнакомому человеку вспыхивают именно тогда, когда незнакомец (в данном случае журналист) демонстрирует, что он искренне и глубоко интересуется собеседником и знает о нем такое, что самому человеку приятно вспомнить.

Наконец, пятое правило интервьюера:

В ХОДЕ ИНТЕРВЬЮ НЕ ПОКАЗЫВАЙТЕ СОБЕСЕДНИКУ НИ ЧРЕЗМЕРНЫЙ ДЛЯ НЕГО УРОВЕНЬ ЗНАНИЯ

ТОГО, О ЧЕМ ВЫ ГОВОРИТЕ, НИ СОБСТВЕННУЮ ГЛУПОСТЬ: ПЕРВОЕ ВЫЗОВЕТ РАЗДРАЖЕНИЕ, ВТОРОЕ

— НАСМЕШКУ.

Относительно глупости. Я никого не хочу обидеть. Журналист не может знать всего, он, как известно, знает обо всем понемногу. А оттого каждый из нас часто оказывался в положении профана, которому нужно задать точный вопрос специалисту. Эти моменты надо чувствовать и уметь либо избегать их, либо ловким маневром — преодолевать. Иной раз полезно откровенно сказать: извините, я не понял вашу мысль. А иной раз, напротив, сделать вид, что понял — потом, в редакции, коллеги помогут разобраться.

Я бы порекомендовал придерживаться еще одного, шестого, правила:

БОЙТЕСЬ ПРОФЕССИОНАЛЬНЫХ ИНТЕРВЬЮИРУЕМЫХ.



Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |   ...   | 24 |

Похожие работы:

«Управление образованием: теория и практика 2015 №3 (19) ПРАКТИКА УПРАВЛЕНИЯ ОБРАЗОВАНИЕМ Димова Алла Львовна, Федеральное государственное бюджетное научное учреждение «Институт управления образованием Российской академии образования», ведущий научный сотрудник, кандидат педагогических наук, aldimova@mail.ru ОРГАНИЗАЦИОННО-МЕТОДИЧЕСКОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ЦЕНТРОВ ИНТЕНСИВНОГО ВОССТАНОВЛЕНИЯ ФИЗИЧЕСКОГО И ПСИХОФИЗИОЛОГИЧЕСКОГО ЗДОРОВЬЯ УЧАЩИХСЯ – ПОЛЬЗОВАТЕЛЕЙ ИНФОРМАЦИОННЫМИ И КОММУНИКАЦИОННЫМИ...»

«РЕЦЕНЗИЯ На учебно-методический комплекс Повышения квалификации (ПК) специальности «Трансфузиология» Учебно-методический комплекс (УМК) повышения квалификации (ПК) по специальности «Трансфузиология», состоит из дисциплин: специальных «Общие вопросы клинической трансфузиологии» и «Частные вопросы клинической трансфузиологии», «Практика»; смежных «Общественное здоровье и здравоохранение», «Анестезиология и реаниматология», «Реанимация и интенсивная терапия», «Гематология»; фундаментальных...»

«ЛИСТ СОГЛАСОВАНИЯ от 25.06.2015 Рег. номер: 3538-1 (24.06.2015) Дисциплина: Нейрофизиология Учебный план: 37.03.01 Психология/4 года ОДО Вид УМК: Электронное издание Инициатор: Гребнева Надежда Николаевна Автор: Гребнева Надежда Николаевна Кафедра: Кафедра медико-биологических дисциплин и безопасности жизнедеяте УМК: Институт психологии и педагогики Дата заседания 21.04.2015 УМК: Протокол № 10 заседания УМК: Дата Дата Результат Согласующие ФИО Комментарии получения согласования согласования...»

«СОДЕРЖАНИЕ 1. Общие положения 1.1. Основная образовательная программа высшего профессионального образования (ООП ВПО) магистратуры, реализуемая вузом по направлению подготовки 020400.68 – Биология (магистерская программа Физиология человека и животных).1.2. Нормативные документы для разработки ООП магистерской программы Физиология человека и животных 1.3. Общая характеристика магистерской программы Физиология человека и животных 1.4 Требования к уровню подготовки, необходимому для освоения...»

«РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования ТЮМЕНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ Институт биологии кафедра анатомии и физиологии человека и животных Фролова О.В. БИОЛОГИЧЕСКАЯ И СОЦИАЛЬНАЯ ПРИРОДА ЧЕЛОВЕКА Учебно-методический комплекс. Рабочая программа для студентов направления 020400.68 Биология; магистерские программы: «Физиология человека и животных», «Экология человека»,...»

«Нормативная документация: СанПиН 2.4.5.2409-08 «Санитарноэпидемиологические требования к организации питания обучающихся в общ е­ образовательных учреждениях, учреждениях начального и среднего профессио­ нального образования»; МР 2.3.1.2432-08. Нормы физиологических потребно­ стей в энергии и пищевых веществах для различных групп населения Россий­ ской Федерации. Методические рекомендации (утв. Роспотребнадзором 18.12.2008).Общие сведения: Представленное примерное меню разработано на 28-дневный...»

«ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ Программа государственного экзамена по физиологии и методические рекомендации составлены в соответствии со следующими документами федерального и вузовского уровня: Федеральный закон Российской Федерации от 29 декабря 2012 г. № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации»; Приказ Министерства образования и науки Российской Федерации от 19 ноября 2013 года № 1259 «Об утверждении Порядка организации и осуществления образовательной деятельности по образовательным программам...»

«РЕЦЕНЗИЯ На учебно-методический комплекс повышения квалификации (ПК) специальности «Анестезиология и реаниматология» Учебно-методический комплекс (УМК) по специальности «Анестезиология и реаниматология», состоит из дисциплин: специальных «Анестезиология», «Реаниматология», «Практика», «Обучающий симуляционный курс»; смежных «Общественное здоровье и здравоохранение», «фундаментальных «Патофизиология», «Клиническая фармакология», «Клиническая биохимия»; элективов «Трансфузиология» и «Альгология»....»

«ЛИСТ СОГЛАСОВАНИЯ от 26.05.2015 Рег. номер: 596-1 (21.04.2015) Дисциплина: Социальная и возрастная физиология и экология человека Учебный план: 06.03.01 Биология/4 года ОДО Вид УМК: Электронное издание Инициатор: Кыров Дмитрий Николаевич Автор: Кыров Дмитрий Николаевич Кафедра: Кафедра анатомии и физиологии человека и животных УМК: Институт биологии Дата заседания 24.02.2015 УМК: Протокол заседания УМК: Дата Дата Согласующие ФИО Результат согласования Комментарии получения согласования Зав....»

«РЕЦЕНЗИЯ На учебно-методический комплекс Повышения квалификации (ПП) специальности «Трансфузиология» Учебно-методический комплекс (УМК) профессиональной переподготовки (ПП) по специальности «Трансфузиология», состоит из дисциплин: специальных «Общие вопросы клинической трансфузиологии» и «Частные вопросы клинической трансфузиологии», «Практика»; смежных «Общественное здоровье и здравоохранение», «Анестезиология и реаниматология», «Реанимация и интенсивная терапия», «Гематология»;...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Кемеровский государственный университет» Прокопьевский филиал (ПФ КемГУ) (Наименование факультета (филиала), где реализуется данная дисциплина) Рабочая программа дисциплины (модуля) Основы анатомии и физиологии человека (Наименование дисциплины (модуля)) Направление подготовки 39.03.02/040400.62 Социальная работа (шифр, название...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «ТЮМЕНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ» Институт биологии кафедра анатомии и физиологии человека и животных Фролова О.В. БЕЗОПАСНОСТЬ ЖИЗНЕДЕЯТЕЛЬНОСТИ Учебно-методический комплекс. Рабочая программа для студентов 06.03.01 направления «Биология», профили Ботаника, Зоология, Физиология, Генетика, Биоэкология; Биохимия; форма обучения – очная...»

«РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования ТЮМЕНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ Институт биологии Кафедра анатомии и физиологии человека и животных Турбасова Н.В. ВОЗРАСТНЫЫЕ ОСОБЕННОСТИ ВНД ЧЕЛОВЕКА Учебно-методический комплекс. Рабочая программа для студентов направления 020400.68 Биология. Магистерская программа «Физиология человека и животных»; форма обучения – очная Тюменский...»

«ВОЛГОГРАДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕНННЫЙ МЕДИЦИНСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ КАФЕДРА ПАТОЛОГИЧЕСКОЙ ФИЗИОЛОГИИ СБОРНИК СИТУАЦИОННЫХ ЗАДАЧ ПО КУРСУ ОБЩЕЙ И ЧАСТНОЙ ПАТОФИЗИОЛОГИИ Учебное пособие Волгоград 2014 Предисловие Это пособие представляет собой сборник клинико-патофизиологических ситуационных задач. Все материалы подготовлены сотрудниками кафедры патофизиологии ВолГМУ на основе Государственных образовательных стандартов высшего профессионального образования (2002 г.), квалификационных характеристик...»

«Аннотации к методическим и учебным пособиям Факультет ветеринарной медицины Кафедра анатомии, физиологии домашних животных, биологии и гистологии Методические разработки Составители: Чопорова Н.В., Шубина Т.П. Сравнительно-анатомические особенности костей осевого скелета и их соединений: методические разработки. пос. Персиановский: Донской ГАУ, 2014. – 19 с.Аннотация: Методические разработки предназначены для студентов 1 курса по специальности 111100.62 «Зоотехния» при изучении дисциплины...»

«Методические рекомендации для родителей детей дошкольного возраста по реализации основной общеобразовательной программы дошкольного образования на основе Федерального государственного образовательного стандарта дошкольного образования и примерной основной образовательной программы Содержание Стр.. 3 Введение. 4 Раздел 1.1.1. Права, обязанности и ответственность родителей в сфере образования 1.2. Описание моделей реализации основной. 8 общеобразовательной программы дошкольного образования....»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «ТЮМЕНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ» Институт биологии Кафедра анатомии и физиологии человека и животных Загайнова А.Б. Общие физиологические закономерности экологической адаптации человека Учебно-методический комплекс. Рабочая программа для студентов, обучающихся по направлению 06.03.01 «Биология»; профиль «Физиология человека и...»

«ОБЛАСТНОЕ БЮДЖЕТНОЕ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ «СОВЕТСКИЙ СОЦИАЛЬНО-АГРАРНЫЙ ТЕХНИКУМ ИМЕНИ В.М. КЛЫКОВА» МЕТОДИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ по написанию контрольных работ по учебной дисциплине ОП 03 Возрастная анатомия, физиология и гигиена для студентов, обучающихся заочно по специальности 44.02.01. Дошкольное образование п. Коммунар, 2014г. Методические рекомендации по написанию контрольных работ по дисциплине «Возрастная анатомия, физиология и гигиена» для студентов, обучающихся...»

«ЛИСТ СОГЛАСОВАНИЯ от 08.06.2015 Рег. номер: 1187-1 (21.05.2015) Дисциплина: Анатомия и физиология ЦНС Учебный план: 37.03.01 Психология/4 года ОДО Вид УМК: Электронное издание Инициатор: Плотникова Марина Васильевна Автор: Плотникова Марина Васильевна Кафедра: Кафедра медико-биологических дисциплин и безопасности жизнедеяте УМК: Институт психологии и педагогики Дата заседания 17.02.2015 УМК: Протокол заседания УМК: Дата Дата Результат Согласующие ФИО Комментарии получения согласования...»

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФГБОУ ВПО «КУБАНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АГРАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ» Факультет агрономический, экологии Кафедра физиологии и биохимии растений ОРГАНИЗАЦИЯ УЧЕБНОЙ ДЕТЕЛЬНОСТИ В ВУЗЕ И МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ В ВЫСШЕЙ ШКОЛЕ Учебно-методическое пособие для практических занятий Краснодар КубГАУ 2015 Составители: Федулов Ю.П. Пособия предназначено для оказания методической помощи при подготовке к семинарам по дисциплине «Организация учебной деятельности в...»







 
2016 www.metodichka.x-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Методички, методические указания, пособия»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.